meet and marry russian women contador de visitas счетчик посещений

Екатерина Шульман о ключевой проблеме предвыборной президентской кампании

%d0%a8%d1%83%d0%bb%d1%8c%d0%bc%d0%b0%d0%bd

Майкл Наки беседует с Екатериной Шульман в программе "Статус"

Почему в регионах проводят референдумы, а в Москве не проводят? Нагон явки имеет свою оборотную сторону...

М.НакиЧто привлекло ваше внимание и что его удержало из событий, которые происходили на этой неделе?

Е.ШульманЯ думаю, что рискуем мы показаться несколько тут негуманоидными в своем выборе предметов, но учтите, дорогие слушатели, что для отслеживания такой новостной повестки есть много других всяких передач, в которых самое актуальное, свежее и быстро портящееся вам рассказывают.

http://kino24.su/image.jpg?films=/grXEj8flJxZx8waroN67Y8SyH6G.jpg

"День выборов" Фильм 2007-го года

А мы с вами следим даже не столько за случающимся, сколько за некими процессами, которые манифестируются в различных новостных поводах, а иногда и не манифестируются, но, тем не менее, как некие подземные реки протекают и определяют многое на поверхности этой самой земли, несмотря на то, что они не так уж заметны.

У нас с вами приближается день выборов. 33, по-моему, дня или 32 у нас осталось до 18 марта. Как мы уже говорили многократно в этой студии, ключевая проблема этой предвыборной кампании – это проблема явки. Чем ближе к выборам, тем больше мы наблюдаем как местных, так и централизованных инициатив по этому самому нагнетанию явки.

М.Наки― Я, кстати, помню, что вы говорили и прогнозировали, что она будет достаточно низкой, ниже, чем обычно.

Е.Шульман― Вот. Что у нас в связи с этим интересного происходит? Мы говорили с вами о том, что, в принципе, в накручивании явки центральная власть обычно не заинтересована. В большинстве кампаний происходит, как правило, сушка явки.

Чем ниже уровень выборов, тем эта сушка интенсивнее производится, как мы видели на примере московских муниципальных выборов осенью 17-го года, где эта тактика, — что называется, как это в «Гамлете»: инженер взорвал себя своей петардой – слишком была успешной, в результате чего пришел небольшой, но организованный электорат и проголосовал так, как он проголосовал, и 12 московский регионов досталось объединенной оппозиции. Это пример того, как явку можно пересушить.

На парламентских выборах некоторые элементы сушки мы тоже наблюдали. Явка у нас была, напомним, на уровне 48%.

М.Наки― Низковато.

Е.Шульман― Что ниже, чем любая другая выборная кампания парламентская, начиная с 1999 года. Если мы посмотрим ту же электоральную статистику с того же 99-го года, то, напомню еще раз, расхождение между явкой парламентской и президентской, то есть на парламентских выборах и на президентских составляет около 7 процентных пунктов.

https://i.obozrevatel.com/gallery/2009/9/10/171685_image_large.jpg?size=630x2000

То есть если у вас, условно, на парламентские выборы приходит 60%, то у вас на президентские придет около 67%. На президентские всегда приходит больше людей, это понятно. Но разница эта, что называется, не в два раза, но, в общем, и хорошо, что не в два раза, кроме специфических регионов со 146-процентной явкой, но там и на парламентских всегда бывает достаточно высока.

Мы говорили с вами о системе двух Россий, ссылаясь на специалиста по электоральной статистике Сергея Шпилькина. Россия, которая гораздо более многочисленна — Россия городская, Россия центральных регионов, в которой фальсификации, в общем, носят такой, точечный и изысканный, я бы сказала, характер.

И Россия-2 – Россия национальных республик и сельских местностей, в которых эти фальсификации, в общем, и составляют выборы, потому что трудно понять, ходят ли там какие-то живые люди на избирательные участки. Россия-2 меньше по количеству. Они соотносятся, ссылаясь на данные Шпилькина, приблизительно как 85 миллионов и 27 миллионов человек. То есть, так сказать, первая Россия, она больше.

https://www.ridus.ru/_ah/img/-h2JpmqBQqF0UGvmYrL63Q

К чему, собственно, все эти расчеты? Они вот к чему. Если у нас было 48% на парламентских выборах, то приблизительно 55% реалистично ожидать у нас на выборах президентских. Тем не менее, для президентских выборов это, конечно, низковато, особенно если мы будем сравнивать со всеми предыдущими избирательными кампаниями, начиная с 2000 года на этот раз – президентские именно.

Самая высокая явка за всю историю наших президентских выборов, начиная с 2000 года, была в тот год, когда выбирали Дмитрия Медведева. Это, действительно, интересные данные. То есть даже при предсказуемости результата, все-таки некоторая новизна возбудила избирателя.

М.Наки― Волновались.

Е.Шульман― Волновались люди. Ну, или хотя бы посмотреть на такой бюллетень, где нету Владимира Путина вдруг… может быть, чувствовали, что не скоро повториться такой случай. Как бы то ни было, что у нас происходит? Вроде бы эти стахановские параметры 70 на 70, они не то чтобы транслируются из президентской администрации в качестве некой установки, но работа, тем не менее, пошла. Как пошла работа? Работа пошла по нескольким направлениям.

Во-первых, вы видим эту специфическую предвыборную социологию, которая носит не столько характер информирования общественного настроения, сколько характер программирования этих настроений. Нам начинают говорить, что вот смотрите: вот какой большой процент людей собирается на выборы.

Известно из многочисленных социальных экспериментов, как и прямых наблюдений, что люди ходят на выборы преимущественно, если они считают, что их знакомые все тоже ходят. То есть если вы в своей ленте видите многочисленные сообщения: «Вот я пошел… я пойду… Вот мое селфи с избирательного участка» — чрезвычайно велика вероятность, что вы тоже поднимитесь и пойдете, если вы даже не собирались. Люди – социальные животные.

М.Наки― Хотя быть как все – нормальными.

Е.Шульман― Хотя быть как все, хотят быть нормальными и это нормально, это именно психическая норма. Это, может быть, не самая благородная и гражданская позиция, но это нормально. Поэтому, когда вам говорят: Да все будут голосовать, да больше 70% уже сейчас сказали, что они будут голосовать – не хочется чувствовать себя отщепенцем. Это простенькие такие приемы, они, в общем, знакомы.

Кроме того в более, так скажем, серьёзном ключе идет работа с тремя типами административно зависимого электората. Административно зависимый электорат у нас составляет основной костяк голосующих. Что это за люди, что это за три категории? Во-первых, это прямые госслужащие, включая военных и сотрудников правоохранительных органов. От этих людей требуется дисциплина, они должны присутствовать.

Где начальство поглупее, оно требует от них каких-то подтверждений. Где поумнее, оно внушает им это какими-то не такими глупыми способами. Но предполагается, что все эти люди, прихватив членов своих семей, придут и проголосуют.

http://pda.fedpress.ru/sites/fedpress/files/mevchik/news/20402_71e849e9e2.jpg

А вторая категория административно зависимого электората, чья зависимость пониже, но тоже, в общем, значительна – это сотрудники бюджетных учреждений. Это учителя, преподаватели, врачи и сотрудники медицинских учреждений и это сотрудники социальных служб. Сюда можно добавить и сотрудников коммунальных служб могучего ГБУ «Жилищник», которое простирает руки свои в дела человеческие.

М.Наки― А полицейские сюда входят?

Е.Шульман― Полицейские у нас в первую категорию входят. Это, собственно, государственные служащие, правоохранители и военные. Они голосуют обязательно. А третья категория – это сотрудники госкорпораций и госбанков, численность коих тоже не стоит преуменьшать. У части людей есть семьи, которые, как предполагается, они тоже вовлекут в голосовательный процесс.

Мы видим следы этой работы, шум и вибрации почвы мы ощущаем. Есть свидетельства тому, как людям как-то внушают долг прихода на избирательные участки. Не то чтобы прямо вот видно — за руку никого не поймали, – что говорят «Проголосуйте за такого-то, — не будем говорить, за кого, — и сфотографируйте бюллетень». Это уже совсем дикости. Этого, по крайней мере пока, не наблюдается.

Говорят так: «Вы же граждане, вы же сознательные люди. Приходите и проголосуйте. А за кого вы проголосуете, это дело токмо вашей гражданской совести».

Это основной базисный способ обеспечения этой самой базисной явки. В принципе, органы государственной власти региональной и местной считают это своим долгом, что они просто обязаны обеспечивать… Точно так же, как они обеспечивают избирательный участок, безопасность и информирование, так же они обеспечивают и «правильную», «хорошую» явку.

На этом фоне мелко выглядят такие дополнительные методы, как всякого рода лотереи, призы избирателям, какие-то явные и неявные подарки. И довольно интересная метода – это совмещение референдумов с выборами – референдумов по местной повестке, по каким-то местным региональным вопросам.

http://siyanie-severa.ru/files/43/105/avtomobil-niva-uzhe-napravlen-v-vuktyl.jpg

Мы говорили об этом немножко в предыдущем выпуске. Говорили и о том, что в Москве, наоборот, те заявки, которые муниципальные депутаты подавали на проведение референдумов о различных вопросах районной застройки, переименования памятников, благоустройства и такого роде вещей, — им было в этом отказано.

И вот эти так называемые школьные референдумы, опросы о продолжительности учебной недели, которые затеяли, было, в школах Московской области, их тоже все позапрещали заранее, более того, ЦИК строго осудил избирательную комиссию Московской области вплоть о предупреждении о служебном соответствии – зачем они занимались такими безобразиями.

Что здесь интересно. Почему, скажем, в регионах проводят референдумы, совмещают, а в Москве не проводят и не совмещают? Нагон явки имеет свою оборотную сторону. Собственно говоря, именно поэтому этим не занимаются на местных выборах. Ты никогда не можешь гарантировать, как проголосуют те, кого ты, собственно, нагнал.

Понятно, что в случае с президентскими выборами ничьи настроения не повлияют ни на какие результаты, результат гарантирован. Но в случае с Москвой вот эта местная, дворовая, районная повестка – это повестка оппозиционная. Поэтому те люди, которые радостно придут проголосовать о своих делах местных, они будут скорее, по преимуществу настроены против действующей власти, нежели за нее.

М.Наки― То есть повышать явку определенных людей хотят.

Е.Шульман― Совершенно верно. Чем хороши административные методы? Тем, что те люди, которых гонят на избирательные участки, они почти со стопроцентной гарантией проголосуют как надо. То есть они не просто придут, а они и проголосуют правильно, потому что они, в принципе, системные и базово лояльные люди, которым просто лень свою лояльность демонстрировать.

Поэтому, как думает их начальство, если их не пригонишь, они дома и останутся. Но дома они останутся в своем лоялизме, так сказать, коснеть, либо они с ним же и придут на избирательные участки…

Тут есть два момента. Во-первых, об интересной инициативе в Хорошевском районе, так называемом «хорошевском референдуме». Это Москва. Мы с вами следим, как вы помните, за деятельностью муниципальных депутатов с большим интересом.

Что там придумало местное муниципальное собрание. Они сунулись тоже со своей идеей. Они там за парк бьются и хотят провести голосование за сохранение местного парка, то есть задать вопрос «Хотите ли вы, чтобы он у вас был, или вы хотите, чтобы на его месте чего-нибудь такое построили?» Им отказали.

Теперь они ведут агитацию вот за что. «Приходите на выборы, — говорят они, — и напишите в квадратике на бюллетене слово «референдум». К чему это приведет? Это сделает бюллетень недействительным. То есть он будет сложен в папку недействительных. Как мы тут уже разбирались…

М.Наки― Мы очень подробно разбирались.

Е.Шульман― С большой степенью подробности. Повторим еще раз эту правовую истину: недействительные бюллетени входят в общий подсчет явки, но не являются голосами ни за какого кандидата. Таким образом, эти самые хорошевские активисты считают, что если «нас будет больше трех процентов, то мы заявим о себе – это будет заметно». Может быть, действительно, это будет заметно, но явку это повысит, тем не менее, но никому из кандидатов эти голоса не достанутся.

И второй момент по поводу лояльности этого административно зависимого электората. Да, конечно, в основном эти люди будут голосовать за основного кандидата. Но есть еще один кандидат, за которого они могут, не покрививши своей совестью, проголосовать, который может быть им симпатичен – вот этой вот публике: сотрудникам бюджетных учреждений, госслужащим, в меньшей степени, наверное, правоохранителям и военным, сотрудникам государственных корпораций, сотрудникам предприятий жилищно-коммунальной сферы.

http://sevkprf.ru/wp-content/uploads/2018/01/Безымввввянный-644x320.jpg

Это кандидат от КПРФ. Может быть с этим связана так удивляющая многих и даже меня несколько удивившая бурная кампания по противодействию этому самому кандидату, которая неожиданно в последнюю неделю разыгралась.

М.Наки― То есть Павлу Грудинину.

Е.Шульман― Совершенно верно. Вроде как сами согласовали кандидата и радовались тому, какое у нас чудное свежее лицо, вот он привлекает внимание к выборам, он нам явочку сейчас повысит – а тут вдруг пошла такая история.

Я сначала отнесла это за счет того, что надо же пропагандистской машине чего-то делать. В выборах интриги нету, сюжета особенно нету – а мощностя-то стоят, пушки заряжёны, куда-то надо стрелять. Ну, так давайте кандидата от КПРФ дискредитировать.

https://l-files.livejournal.net/og_image/34383576/5573?v=1514552214

Но может, за этим стоит какая-то более рациональная причина, мотивация, связанная именно с этим, что типа того, что явку-то мы, может, и нагоним, а вдруг получится у нас… Еще раз: на результат повлиять невозможно, второй тур – это тоже фантазии, но, может быть, не такой высокий процент основного кандидата или не такой приличный разрыв между первым и вторым кандидатом…

То есть, конечно, одно дело – 75% первое место или 8% второе. А если будет как-нибудь не так красиво, то это может быть тоже плохо воспринято начальством. И получится, что еще же мы тут старались – настарались: себе только хуже сделали.

М.Наки― Но я думаю, что сюжет выборов еще не раз появится в нашей программе.

Е.Шульман― Не раз и не два. Собственно, напомним, что вся наша программа в некотором роде и предназначена, чтобы освещать этот большой электоральный цикл.

Источник: World Crisis

В продолжение темы:

- Какой итог выборов станет кошмаром для Кремля?

Автор: Екатерина Шульман
Оценить:
Vote_up +2 Vote_down 0
  • Vote_up 0 Vote_down 0
    Up_s Level_0 Валентина 14:16 27.02.2018г Ответить Пожаловаться

    Кандидат Грудинин может набрать и 20 %.Простым людям надоело смотреть на беспредел "Правителей".

Добавление комментария

captcha
Введите символы с картинки

Добавление ответа

Жалоба на комментарий