meet and marry russian women contador de visitas счетчик посещений

СЛУЧАЙ С ПРИМОРСКИМИ ВЫБОРАМИ: ПОЧЕМУ КРЕМЛЬ РЕШИЛ ДАТЬ ЗАДНИЙ ХОД?

%d0%a1%d1%82%d0%b0%d0%bd%d0%be%d0%b2%d0%b0%d1%8f_%d0%a2%d0%b0%d1%82%d1%8c%d1%8f%d0%bd%d0%b0

В доведенной до автоматизма системе утверждения губернаторов произошел сбой. «Благословение Путина», кажется, девальвировалось

ЦИК отменил итоги второго тура выборов губернатора Приморского края, на которых в последний момент неожиданно много голосов насчитали врио главы региона Андрею Тарасенко, что позволило ему обогнать кандидата от КПРФ Андрея Ищенко. По данным РБК, в четверг утром Тарасенко объявит, что оставит и пост исполняющего обязанности губернатора.

http://worldcrisis.ru/pictures/3157675/original.gif

Администрации президента – главному политическому органу в России – понадобилось ровно три дня на то, чтобы решить, как быть с критической ситуацией в Приморском крае, где на выборах губернатора побеждал представитель КПРФ, а подсчет бюллетеней вывел в лидеры поддержанного Владимиром Путиным представителя действующей власти.

«Приморский кейс», который сейчас наблюдатели так тщательно анализируют с точки зрения отношений власти и оппозиции, проблемы роста протестных настроений, качества проведения выборов, – в действительности совсем ни об этом. «Приморский кейс» – это история о технократическом подходе к решению политических вопросов и его первом и далеко не последнем серьезном сбое.

Приморские «выборы» начались ⁠задолго до этого сентября – еще в 2017 году. Тогда, ⁠на фоне очередной ротации губернаторов, было принято решение ⁠убрать губернатора Приморского края Владимира Миклушевского, к которому ⁠накопилось много ⁠претензий. Регионом занимался полпред президента ⁠и вице-премьер Юрий Трутнев – пожалуй, единственный полпред, ⁠имеющий исключительно большое влияние на свой округ и занимающий особое место в отношениях между региональными элитами и Кремлем.

Однако согласовывать смену губернатора пришлось тогда с новым куратором внутренней политики – Сергеем Кириенко. После не очень долгих мучений, Трутнев и Кириенко сошлись на кандидатуре Андрея Тарасенко как новом губернаторе, что и было в итоге предложено Владимиру Путину на утверждение.

https://primamedia.gcdn.co/f/main/1338/1337277.jpg?1ee9236e3a0bb7ab97230e10ba0f91a5

Юрий Трутнев призвал приморцев помогать Андрею Тарасенко

Источник «Коммерсанта», близкий к полпредству в Дальневосточном федеральном округе (ДФО), подтверждал тогда, что Тарасенко – «консенсусная фигура для полпреда Юрия Трутнева и первого замглавы администрации президента Сергея Кириенко, они оба его хорошо знают»: уроженец Владивостока успел поработать в нескольких государственных компаниях, включая «Ростатом» – вотчину Кириенко.

https://primamedia.gcdn.co/f/main/1370/1369628.jpg?700fcd80a3ec7e988f5eda1c2251e811

Можно много раз пересчитывать бюллетени в Приморском крае, но реально губернатор региона был определен именно тогда – в октябре 2017 года в рамках «сделки» двух федеральных чиновников.

http://superkarate.ru/uploads/posts/1416918819_am4c8180.jpg

Остальное должно было пройти по хорошо известной и неоднократно обкатанной схеме: персональная поддержка президента, недопущение сильных конкурентов, победа в первом туре. (Сбой эта схема, как известно, дала лишь однажды – в 2015 году в Иркутской области, что можно считать исключением, подтверждающим правило.)

То, как в дальнейшем развивался «приморский кейс», позволяет говорить не столько о проблеме выборов или конкуренции в России (это отдельный сюжет), сколько о проблеме глубокой неготовности системы к малейшему снижению управляемости и ослаблению монополии Кремля на кадровые решения внутри «вертикали».

Губернатор как товар в сделке

Одно из объяснений происходящего вокруг приморских выборов связано с логикой формирования и функционирования нынешней администрации президента: а заключается она в том, чтобы исполнять и «обеспечивать реализацию», а не создавать возможности или условия.

Такой подход подразумевает техничность: автоматизм, предсказуемость, заранее известный результат. Кремль выбирает губернатора, а население его утверждает с той или иной степенью легитимности президентского выбора. И такая система до сих пор не вызывала у жителей ни серьезных протестов, ни сопротивления.

При этом допуск реальной оппозиции к выборам или содействие конкуренции, которую Кремль часто обзывает «искусственной», воспринимались как отягощающие весь механизм функционирования государства издержки, отнимающие у режима легитимность и ресурсы.

Чем дольше используется технократический подход к решению политических задач, тем сильнее отрабатывается автоматизм: становится все удобнее, комфортнее «легитимировать» фаворита с минимальными затратами.

Для повышения автоматизма требовалось всего две вещи: а) максимально контролировать состав соперников на губернаторских выборах и б) владеть социологией по электоральным шансам фаворита. Первым навыком Кремль овладел практически в совершенстве, а вот со вторым явно просчитался.

Причем есть основания полагать, что такой просчет – проявление не столько проблемы качества поступающих из регионов данных (хотя и это имеется), сколько чрезмерная убежденность в безотказности путинского благословения и безальтернативности «путинского выбора» для народа.

https://caricatura.ru/parad/tarasenko/pic/27372.jpg

Доведенная до автоматизма технология избрания кандидатов в губернаторы неизбежно вела к тому, что предлагаемые населению «достойные руководители» были все меньше похожи на политиков.

«Тарасенко – совсем не про политику», – говорил год назад тот же упомянутый выше источник «Коммерсанта». Это неслучайно: политизированность фигуры губернатора априори закладывает в систему градус неопределенности, к снижению которой Кремль стремится всеми силами.

Очень скоро оказалось, что Тарасенко был не только слабым политиком, но и не самым эффективным губернатором, подкреплять которого пришлось специальным вице-губернатором, подосланным Трутневым.

Слабый политик, оказавшийся и слабым менеджером – таков был выбор Кремля для одного из самых сложных и геополитически значимых регионов России, социально-политическое самочувствие которого может кардинально влиять на политический процесс всей России.

Выбор в пользу таких слабых кандидатов тоже объясним. Технократы для нынешнего режима – это почти исключительная исполнительность и деполитизированность, а также низкая генетическая способность к самостоятельным политическим играм. Но такая «политическая нагота» в конечном счете ведет к тому, что губернаторы становится не столько игроками с самостоятельной ответственностью, сколько политическим товаром, которым торгуют вхожие в Кремль группы влияния, звеньями в длинных цепочках сложных кадровых «сделок».

http://www.grifon-tur.ru/wp-content/uploads/2015/10/54.jpeg

Тарасенко не был исключением – своим избранием он гарантировал сенаторское кресло бывшему главе МЧС Пучкову, а проигрыш рушил с таким трудом согласованную схему, в которой были учтены интересы влиятельных федеральных игроков.

Некогда сакральная схема политического благословения будущих губернаторов сегодня сильно девальвирована: Путин, призванный передавать будущим главам регионов часть своей легитимности, как будто лично отсутствует на бесконечных однотипных и пустых встречах с кандидатами, направляя вместо себя «аватар» для рутинных мероприятий.

Привыкает к такому автоматизму и администрация. Системная оппозиция становится все менее политической, но более вовлекается в раздел политического пространства: ей перепадают посты губернаторов и мэров взамен расширения ее политических обязательств перед Кремлем, что создает еще больше условий для предсказуемости и автоматизма избрания глав регионов.

Там, где требуется поднять электоральные шансы ставленника Кремля на выборах губернатора, системные оппоненты выставляют заведомо более слабых кандидатов, становясь частью этого механизма.

Приморье не исключение – КПРФ выдвинула против Тарасенко Андрея Ищенко, политического аутсайдера, при этом не стоит забывать, что год назад региональные власти, пусть и не без борьбы, но договорились с коммунистами по фигуре мэра Владивостока.

Система привыкает к безальтернативности назначенных Путиным губернаторов, а любой кремлевский чиновник, ставящий под сомнение избираемость ставленника президента, рискует показаться антипутинским элементом и дебоширом, безосновательно возмущающим политическое спокойствие.

Это объясняет многое – выход ситуации в Приморском крае из-под контроля и попытка быстро «восстановить справедливость» так, как это понимают кремлевские чиновники, – показала полное отсутствие политической гибкости там, где условия диктует ситуация. Ночь с 16 на 17 сентября была худшим кошмаром не только для проигравшей стороны, но и для «администраторов» из Москвы.

Заход на второй круг вместо жесткой посадки

Скорее всего неправы те, кто считает, что у Кремля была возможность оставить Тарасенко у власти после сомнительного рывка, сделанного в ходе ночного подсчета голосов. Дело не в нулевой легитимности такого губернатора, и даже не в проблеме возможных массовых акций протеста.

Главная причина отказа от избрания Тарасенко по итогам второго тура – «подделка» путинской безальтернативности. Она неизбежно стала бы инструментом в игре против нынешних кураторов внутренней политики.

http://img.prntscr.com/img?url=http://i.imgur.com/IU7Yjzz.png

Это был страх не перед бунтом «снизу», а перед потенциальным путинским разочарованием в неспособности «администраторов» умело распоряжаться президентским политическим ресурсом. Кремль предпочел запросить заход на второй круг, нежели жесткую посадку с гарантированными жертвами.

Не мог Кремль пойти и по пути признания победы коммуниста, как это было в той же Иркутской области три года назад: история с рисованием и чудесами при вводе данных в ГАС «Выборы» зашла так далеко, что обратного пути просто не было – расчет на блицкриг (вброс тех самых 5%), который попытались «продавить», не оправдался, да и не мог оправдаться. Попытка отыграть назад была бы похожа на желание преступника оживить свою жертву.

Признание же выборов недействительными дает широкое поле для маневра.

Во-первых, размывается проблема ответственности: на первый план выводится ЦИК в лице чувствительной, болеющей сердцем за российскую демократию Эллы Памфиловой, грудью прикрывающей «администраторов» от последствий «приморского казуса».

Во-вторых, Кремль выигрывает время – расследование нарушений займет недели, а то и месяцы, страсти улягутся, а причины электоральных чудес можно будет свести к сбоям, недобросовестности и прочим относительно безобидным объяснениям местного разлива. «Достоверно определить результат выборов невозможно», – вынес свой вердикт ЦИК, тем самым фактически умывая руки и призывая начать все с чистого листа.

http://img0.reactor.cc/pics/post/%D0%B5%D0%BB%D0%BA%D0%B8%D0%BD-%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D0%BA%D0%B0%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D1%82%D1%83%D1%80%D0%B0-%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D1%80%D1%8C%D0%B5-4709458.jpeg

«Это был сон, страшный сон», – наверняка повторяют про себя «администраторы», пытающиеся позабыть этот ночной кошмар, но принимающиеся с новой силой подбирать Приморью правильного губернатора.

Поддержка Путина, слабые соперники, безальтернативная поддержка населения… Все снова должно сработать автоматически, по привычной схеме, думают в Кремле, продолжая старательно не замечать ищущий выход накапливающийся и непредсказуемый социальный протест, который, собственно, и стал главным победителем всех туров выборов в Приморском крае.

Источник: World Crisis

В продолжение темы:

- ПРЕЗИДЕНТ НЕ ОШИБАЕТСЯ. КАК ВЛАСТЬ ОТРЕАГИРУЕТ НА ИТОГИ ГУБЕРНАТОРСКИХ ВЫБОРОВ

- "Партия власти" проиграла везде

Автор: Татьяна Становая
Оценить:
Vote_up +1 Vote_down 0

Добавление комментария

captcha
Введите символы с картинки

Добавление ответа

Жалоба на комментарий